January 3rd, 2010

Из детства

Сегодня дважды возвращалась мыслями в свое детство. Первый раз, когда решила извлечь с чердака своих кукол для ожидаемой маленькой гостьи. Даже по сегодняшнему времени можно сказать, что у меня было много игрушек, а уж для сложных 90-х – так просто ОЧЕНЬ МНОГО. С интересом рассматривала кукольные дома, посуду, наряды – этакое розовое девчачье великолепие. Баловали меня, что и говорить!
Второй раз – когда занималась с папой систематизацией нашей библиотеки. Многочисленные «молчаливые грузные томы», которые, по Гумилеву, «сторожат вековые истомы» - фетиш нашего дома. Без них – никак! В кабинете-библиотеке можно проводить часы напролет, рассматривая переплеты, перелистывая, давно знакомые, и с интересом открывая новые, книги. Вот и в этот раз не смогла удержаться от искушения, и вместо механической сортировки, хваталась то за одну, то за другую книгу и зачитывала любимые отрывки.
Нашла затрепанное издание под названием «Бородинское поле» - поэтическая антология, посвященная войне 1812-го года. И сразу – картинка перед глазами: мне 6 лет, мы с папой сидим в очереди в поликлинике на прием к врачу, я наизусть, с чувством, декламирую «Полководец» Пушкина.
Мало ли чем бывают озабочены 6-летние девочки? Конфеты, мороженое, кошки-собачки, платья и бантики... А я? Я долго сокрушалась над «суровым жребием» Барклая де Толли, вызывая умиление родителей. Долго еще с тех пор представлялся мне этот человек, который «на полпути был должен наконец безмолвно уступить и лавровый венец, и власть, и замысел, обдуманный глубоко – и в полковых рядах сокрыться одиноко...».
Стихотворение и сейчас еще отмечено в книге закладкой, на которой моим крупным детским почерком уверенно выведено: «Полководец». И вот еще что: я до сих пор помню его наизусть.